jerry24_it (jerry24_it) wrote,
jerry24_it
jerry24_it

Categories:

Славяносербский район, октябрь 2014 [АРХИВ].

"Стальные могилы. 32-й блокпост на Бахмутке, октябрь 2014

Осенью 2014 года самым раскрученным в медиа местом Донбасса был аэропорт Донецка. Однако при всей драматичности происходивших там событий, бои шли не только в развалинах терминалов. В октябре 2014 года развернулось первое в серии небольших, но упорных сражений на линии «номерных блокпостов» по Бахмутской трассе. В результате продлившихся две недели боев и стычек ополчение овладело блокпостом №32 и позициями вокруг села Смелое. Эта маленькая кампания сама по себе достаточно любопытна, чтобы рассказать о ней отдельно. В сети есть довольно подробное описание событий с украинской точки зрения (Д. Путята, «Железяка! Я скотина! История битвы за 32-й блокпост»), но оно не лишено неточностей, и естественно, страдает нехваткой данных со стороны ополчения. Правда, белые пятна в этой маленькой эпопее все равно остаются.

ВАЖНОЕ ПРИМЕЧАНИЕ:

Я пишу по открытым источникам, в той степени, в какой сам представляю себе ситуацию, и в той степени, в какой о событиях на Бахмутской трассе можно узнать «с дивана». Если вы можете чем-то дополнить этот текст, что-то уточнить, поправить и т.д., смело пишите или мне: https://vk.com/norinturm, или Владлену: https://vk.com/id309198157

Злая Бахмутка

Осенью 2014 года война в Донбассе может быть описана оборотом «схватка инвалидов». С одной стороны, Вооруженные силы Украины были жестоко избиты в летней кампании операциями ополчения и российских войск. Формально потери вряд ли достигали хотя бы 10% от численности находящихся в зоне боевых действий сил. Однако фактически из строя выбыло в первую очередь множество солдат и офицеров, воюющих в первой линии (и имеющих достаточно боевого духа для этого), техника была выбита в боях или потеряна по техническим причинам, многие оставшиеся солдаты и офицеры были деморализованы и воевать не хотели. С другой стороны, ополчение по-прежнему представляло собой мешанину партизанских отрядов, очень разного уровня боеспособности, выучки, боевого духа и в основном — не особенно хорошо оснащенных. Обе стороны располагали не слишком многочисленными силами для такого достаточно длинного фронта. Однако бои продолжались.

В Луганской области фронт после боев летней кампании проходил вдоль Бахмутской трассы. Если вы при этих словах представили что-то капитальное, то придется слегка разочаровать — это просто асфальтовая автодорога по одной-две полосе в каждую сторону, ведущая из Луганска на запад-северо-запад в общем направлении на Лисичанск. К северу от нее (и, в общем, параллельно ей) течет река Северский Донец. Около городка Славяносербск река резко сворачивает на юг (затем снова на восток) и подходит ближе к автодороге. Сам Славяносербск стоит за отворотом от Бахмутки на север.

Вообще в целом фронт шел, соответственно, с запада на восток, а украинские позиции размещались на самой автотрассе по линии так называемых «номерных блокпостов». В конце августа/начале сентября ополченцы заняли Славяносербск. Теперь крайней позицией ВСУ стал блокпост № 32. Он и будет ключевой точкой нашей истории. Фактически, это был ротный опорный пункт. Стоял он на юго-запад от Славяносербска на перекрестке, строго на юг (примерно 800-900 метров) от села Смелое. Гарнизон 32 БП насчитывал плюс-минус сто человек. Поначалу это были «беркуты» то ли из Харькова, то ли из Днепропетровска, но 4-5 октября состав обновился (и именно новый отряд участвовал в боях далее). Теперь гарнизон состоял в основном из людей винницкого полка нацгвардии (другая часть — из 80-й аэромобильной бригады, ппд — Львов). На блокпосту имелись станковый гранатомет, противотанковая установка «Фагот» и несколько бронетранспортеров с автоматическими пушками и крупнокалиберными пулеметами, а также АГСы. Блокпостом, по украинским данным, командовал подполковник Дмитрий Семак, весной и летом воевавший под Славянском. Снаружи перформансом руководил полковник Владимир Миронюк, командующий сектором «А». Репутация Миронюка в украинских вооруженных силах довольно неоднозначна, этого командира обвиняли в некомпетентности и проблемах с алкоголем. Что не помешало ему дорасти до генерала и продолжать службу по сей день.

Несколько недель в этом районе не было крупных боев. Более того, на фоне объявленного Минского перемирия солдаты расслабились и чуть ли не в футбол с ополченцами играли. Между позициями ополчения и «Збройных сил» оставалась обширная нейтральная зона, включавшая населенные пункты и широкие лесополосы, нейтралка кое-где доходила до нескольких километров.

При этом 32-й блокпост уже находился в довольно неустойчивом положении. Позиции ополченцев охватывали его под прямым углом. Славяносербск находился в нескольких километрах к северо-востоку, а восточнее, южнее и даже западнее располагались блокпосты ополчения. На довольно существенном расстоянии — что, видимо, и расслабило «службовцев». Единственной связью с тылом была, собственно, Бахмутка, ближайшая позиция на которой, блокпост № 31 — находилась в 9 километрах в тылу. Севернее до самого Донца простиралась маленькая «страна чудес» примерно в 60 квадратных километров, которую не контролировал вообще никто.

Рельеф в этих краях довольно специфический. Донбасс — очень сильно урбанизированный регион, и южнее, в шахтерском краю, можно проехать из Луганска в Донецк, почти не покидая городов. Но как раз на Бахмутке — сплошные сельские пейзажи. Местность ровная почти как стол, даже знаменитых донбасских терриконов мало. Однако вся эта равнина пересечена узкими длинными лесопосадками. Лесополосы сплошь и рядом тянутся на несколько километров, при этом их ширина может не превышать нескольких десятков метров. Поэтому обзор там не такой уж прекрасный, как можно подумать — мешают эти самые лесопосадки. Причем одна из крупных лесополос, размером примерно километр на 200 метров — находится ровно в тылу у 32-го бп, примерно в 1-1,3 км на запад от перекрестка, где стоял блокпост, и обрывается только у самой дороги.

Ключевым командиром ЛНР в этом секторе был Владимир Цвях (позывной «Комбат»), не слишком широко известный, но значимый участник этой войны. Ему уже было хорошо за 40. До войны его армейский опыт был невелик — срочная служба десантником в Группе советских войск в Германии. Позднее он работал водителем. В ополчение Цвях вступил еще в апреле 2014 года, и на момент описываемых событий по разным данным числился то ли командиром роты, то ли начштаба батальона (один из бойцов его запомнил как «замкомбата с позывным Комбат» — кстати, Карась, привет тебе, если ты это вдруг читаешь). Хотя он не имел систематического военного образования, командовал он, по словам сослуживцев, адекватно, и в целом был здравомыслящий, храбрый и не заносчивый боец. Служившие под его началом солдаты вспоминали Цвяха тепло (говорю в т.ч. по личному опыту общения с его подчиненными), и в 2017 году, когда он погиб на передовой (подорвался на мине), многие горевали. Более общее руководство осуществлял Денис Кудрин, позывной «Хулиган». Собственно, отряд ополчения у 32-го бп неформально именно так тогда и назывался, «Хулиганы». Кудрин до войны служил в Российской армии офицером, причем, что интересно, в РВСН. Каким манером ракетчик оказался на Донбассе, Бог знает, но в общем, на осень 2014 он руководил отрядом под Луганском. По словам служивших под его началом, это был грамотный командир, лично храбрый и распорядительный, хотя склонный к атаманщине — впрочем, анархизмом в ЛНР выделиться было невозможно. После зимней кампании 2015 года он уехал в Россию, поссорившись с лидерами ЛНР — весьма, как показали дальнейшие события, разумно.

Надо заметить, подразделения ополченцев в этом секторе не были ни раскрученными в прессе, ни какими-то сверхординарно обожаемыми командованием и «военторгом» — снабжением из России, а их техническое оснащение не отличалось разнообразием и богатством. Численность ополченцев в этом секторе доподлинно неизвестна. Украинская сторона широким жестом «выдает» Цвяху и Кудрину толпу в 300 штыков, несколько танков плюс тяжелая артиллерия и минометы. Со стороны ополчения мелькают цифры всего в 60 бойцов. Истина, как обычно, должна лежать где-то посередине, но на мой взгляд, возможно, неверный, ближе к реальности все же данные ополчения, по крайней мере, если говорить о начальном этапе боев. Дело вот в чем. 32-й блокпост, как ни крути, это легкие полевые укрепления. Вдобавок, этот опорник имел мало противотанкового оружия (по сути, 1 «сапог» — станковый гранатомет СПГ-9, и 1 противотанковый комплекс «Фагот»). Вдобавок, все это располагалось на открытой местности, вне населенных пунктов, так что попасть по нему из пушки не было какой-то невероятно сложной задачей. Заявленные со стороны ВСУ гаубицы и танки ополчения должны были этот опорник разнести довольно быстро и полностью. Для сравнения, несколько месяцев спустя опорные пункты «Кривбасса» под Дебальцево, которые действительно штурмовали танками и увещевали артой, довольно быстро потеряли способность сопротивляться и сдались. Вдобавок, как мы увидим ниже, ополченцы действительно активно использовали минометы и ПТРК, но вот никакие танки и гаубицы в самые ответственные моменты «почему-то» себя не проявляли. Скорее всего, если тяжелая техника у ополченцев и имелась, то по принципу «у нас было три танка, один ездил, один стрелял, у одного был экипаж, так что сам считай, сколько у нас действительно было танков». Что, как не дадут соврать ветераны с обеих сторон, тоже бывало сплошь и рядом. Что касается численности активных штыков, то тут все тоже сложно — например, один взвод, чтобы прикрыть северный фланг у Сокольников, ополченцы выкроили только к самому концу эпопеи. Да и вообще, блокада 32-го бп всегда напоминала тришкин кафтан, что очень явно проявится во время боев. Характерно, что попыток развалить оборону блокпоста грубой силой было предпринято ровно ноль, то есть, позиция, которую обороняли около сотни человек — это уже был такой редут, который Цвях и Кудрин штурмовать категорически не хотели. Так что, похоже, и с живой силой, и с техникой на стороне ЛНРовцев все было туго.

Поворот не туда. Бои 13-15 октября

Во время перемирия Цвях пришел на 32-й блокпост и сообщил, что построит блокпост в 200-300 метрах от украинских позиций. Вялые возражения он отмел, и ополченцы начали возводить свою фортецию перед украинскими позициями. Одновременно разведчики из его отряда посетили Смелое — чуть к западу от Славяносербска и менее километра на север от 32-го — и обнаружили, что у ВСУ там никого нет. В Смелое вошли ополченцы. Так буднично, под стук лопат, начала разворачиваться драма. Дело, собственно, в той самой лесополосе, которая идет от Смелого в тыл блокпосту. Если до сих пор положение нацгвардейцев на блокпосту было тревожным, то теперь, когда ополченцы сидели в Смелом, 32-й бп стал выглядеть невероятно виктимно — в тыл ему можно было за 15-20 минут неспешно выйти пешком, и незаметно пробраться прямо до самой дороги. С блокпоста робко пытались возражать, но Цвях заявил, что тут наша земля, и он ни у кого разрешения спрашивать не будет, а если товарищи беркуты волнуются за возможность свободного посещения сельпо, то пожалуйста, сколько угодно. Довод насчет сельпо возымел эффект. В наше время в украинской прессе по поводу этих событий можно прочесть поразительные истории, что «просачивание боевиков в окрестности 32-го блокпоста это чистой воды специальные действия». Если у этой спецоперации было красивое название, то наверное оно звучало как «Васька слушает да ест».

В таком положении ополченцы и службовцы дожили до 5 октября, когда покладистые беркуты убыли по ротации, а на блокпост № 32 приехали солдаты из Винницы. Эти мириться не хотели, Цвяха обозвали найманцем и дали понять, что нонеча не давеча, и братаний больше не будет. Ну, война, значит война.

В ночь 13 октября отряд ополченцев вышел из Смелого и укрепился в лесополосе в тылу у блокпоста. Это было небольшое, но неплохо оснащенное подразделение с «Фаготом». Противотанкистами командовал старший лейтенант Российской армии двадцативосьмилетний Евгений Трундаев из состава 200-й бригады (Заполярье), присланный в качестве «кадрового усиления».

13 числа разведгруппа 80-й оаэмбр попыталась изучить окрестности Смелого, была обстреляна и отошла. В этот момент на 32-м посту поняли, что они находятся в окружении. Этот «котелок» сам по себе был довольно крепким орешком для легко вооруженных ополченцев: только АГС-17 на нем имелось пять штук. Однако по дороге теперь было просто так не проехать.

14 октября майор Боженко, командир батальона из винницкого полка НГУ, отправился на разведку к 32-му блокпосту. В сторону поста выехала маленькая колонна из БМП-2 и БТРа. И пошло.

Около «леса чудес» БМП почти в упор подбили из РПГ. БТР с Боженко галопом пронесся мимо и попытался начать маневр. В этот момент в башню БТР прилетает ракета «Фагота». Двоих солдат и лейтенанта убило, остальные выскочили и начали отстреливаться. Со стороны 32-го БП выехали три БТРа широким фронтом. В центральный тут же попали — из того же самого «Фагота». Командовавшему этой группой старлею оторвало ногу снаружи машины ВОГом из подствольника.

Надо отдать должное экипажу другого БТР — этот собрал нескольких раненых и здоровых вдоль дороги, маневрируя южнее трассы. Там вдоль всей дороги между 32 БП и «лесом чудес» идет очередная лесополоска, которая, видимо, его и прикрыла. Между тем, уже под вечер в эту бучу въехали совсем уж удивительные люди — представители ОБСЕ. Комбат нацгвардейцев, лежавший где-то в посадках, вопросил, могут ли они ему помочь, ОБСЕшники ответили, что сейчас приведут помощь. Привели они ополченцев. В плен попали три человека, включая, собственно, майора — командира батальона. Боженко лежал в больнице Луганска. По возвращении из плена он рассказывал всякие потрясающие истории про то, как у каждых дверей дежурили чеченцы, и как он ничего не боялся, особенно расстрела. Боженко, по его словам, выменяли на какие-то редкие лекарства, с которыми в ЛНР были проблемы.
Боженко (в бороде) отпущенный из плена

В общем, итоги первого дня боев за 32-й блокпост выглядели для ВСУ не очень вдохновляюще. Три боевых машины потеряны, трое убито, трое, включая майора, в плену. Еще у одного офицера нет ноги (его вывезли гражданской машиной, выжил). Один из солдат позднее бранился: «Боженко в плен попал так же тупо, как и мы прорывались. Он человек военный, но служил, когда еще войны не было. Он, как Чапаев, махнул рукой и давай! Без разведки... Хотя и докладывали им, что там „друзья“ наши сидят, ждут мишеней». При этом у ополчения потерь в тот день, похоже, не было. Опять же, если кто-то что-то может дополнить на эту тему, пускай сообщит.

Однако командование на украинской стороне оптимизма не потеряло. Интересно, что в украинской версии событий (помянутый выше Путята) дальнейшие события описаны так: «…были привлечены разведчики 8 опСпН для выявления позиций НВФ в данном районе. Разведчики отработали на отлично и доставили нужную информацию в штаб».

Какую именно нужную информацию доставили разведчики, понять трудно, потому что план атаки на следующий день выглядел точно так же, только на сей раз привлекли иной набор техники. Вообще, на украинской стороне царила неразбериха, где находятся ополченцы, атакующие понимали очень приблизительно. Правда, на сей раз ВСУ приуготовили действительно серьезный аргумент — танки. Всего атаковали два танка Т-64 и БМП. Поскольку одной БМП с десантом было явно мало, к делу подтянули отряд батальона «Айдар» во главе с ротным командиром Александром Пискижовым. Айдаровцы придали неповторимый колорит наступлению — кроме четырех десятков пехотинцев на автомашинах они взяли красный внедорожник «Мицубиси» с АГС-17.

По украинским данным, на сей раз по ополченцам стреляла какая-то артиллерия со стороны ВСУ, но она, судя по всему, отработала в космос. Ни в посадках, ни в Славяносербске, ни в Смелом она никого не поразила, хотя насыпали, по словам жителей, усердно. Кстати, замечу, что на видео с мест довольно много ополченцев, если не стоящих в полный рост, то сидящих в очень скромных окопах, едва по колено глубиной. Местами за людей просто страшно, потому что среднестатистический кот в туалете проделывает более серьезные работы по полевой фортификации. Правду сказать, это не везде и не всегда было так, на некоторых участках вокруг 32-го БП (особенно южнее) не то что наши, а ВСУ описывали как раз неплохо устроенные окопы, и некоторые позиции, судя по видео, действительно были неплохо укреплены. Но я, собственно, веду это к тому, что артподдержка у ВСУ была поставлена из рук вон плохо — если куда и стреляли, то в основном не попадали даже примерно по позициям. Иначе была бы трагедия.

В итоге с легким транспортом атакующих получилось примерно то же, что в прошлый раз. Только теперь это были даже не БТР, а автомобили. Началось с того, что красный «Мицубиси» подорвался на мине. Еще одну машину, ушедшую вперед, посекли из стрелкового оружия. Поскольку все это происходило неподалеку от позиций ополченцев, те вышли к дороге и подавили сопротивление оставшихся. Семеро айдаровцев попали в плен (почти все — раненые). Якобы при этом убили двоих ополченцев (одного будто бы застрелил из пистолета лично Пискижов), но похоже, это просто попытка нагнать пафоса. Оставшиеся айдаровцы на последней машине уехали назад, причем эта машина доковыляла до 31-го бп только потому, что ВОГ, который на прощание вколотили в нее ополченцы, не взорвался. В итоге у «Айдара» за день — трое убитых, семь пленных. Один из пленных был взят уже очень тяжело раненным и вскоре умер, а с их командиром, Пискижовым, получилась совсем отдельная история. О ней чуть ниже.

Пока шел стрелковый бой с айдаровцами, Трундаев и птуристы собирали дань с украинской бронетехники. Они всадили ПТУР в один из танков, экипаж разбежался. Одновременно гранатометчики на сдачу подбили еще и БМП. Во второй танк попали тоже, машина начала гореть, и птуристы решили, что с ним закончено. Однако повреждения оказались не фатальными, а у экипажа включился режим берсерка. Этот танк начал ломиться по прямой к 32-му бп, стреляя во все подряд. Один из выстрелов накрыл позицию противотанкистов. Евгений Трундаев был убит наповал. С ним погибли Василий Жуков и Геннадий Королев (оба — добровольцы из Свердловской области). Это была самая тяжелая потеря ополченцев в тот день и вообще за все бои вокруг 32-го БП. Интересно, что в марте 2015 года Трундаев был посмертно награжден «Золотой звездой» Героя России.

Танк, разбивший позицию птуристов, понесся дальше, сгоряча проскочил, собственно, 32-й блокпост, и был сожжен сосредоточенным огнем гранатометов уже восточнее. Экипаж попал в плен в полном составе, но интересно, что им ничего не сделали. Однако гибель «Женьки-птурщика» стала роковой для другого человека. Пленных айдаровцев конвоировал друг Трундаева, еще один свердловчанин в этой истории, Максим Видецких. Узнав о гибели противотанкиста, он проломил голову ротному «Айдара» прикладом, а затем дострелил. Вот с другими пленными таких эксцессов уже не было.

Еще одну потерю ополченцев в тот день можно назвать «условно-боевой». Сергей Казаченко, пятидесятитрехлетний боец из Ясеновского (поселок на северо-восток от Антрацита) умер от сердечного приступа прямо во время боя.
Пискижов

Так завершился этот день кровавый. У ополченцев четверо погибших, у украинцев — просто катастрофа: пятеро убитых, 10 пленных (на самом деле, семь и восемь соответственно), сожжены два танка, БМП (якобы где-то еще спалили БТР 80-й оаэмбр) и плюс три автомобиля в хлам. Бахмутка у «леса чудес» была забита сгоревшей техникой. Некоторые украинские военные еще некоторое время плутали по лесам, боясь наткнуться на ополченцев.

Курская дуга на минималках. Прорыв 19 октября

После этого провала на украинской стороне решили гулять на все. К делу привлекли целую россыпь частей общей силой в три роты, не считая отдельных более мелких групп. Для прорыва сняли даже одну РТГ с Донецкого аэропорта. На сей раз Миронюк разработал план, не лишенный даже некоторой дерзости и креатива. Две группы должны были атаковать в лоб, а третья — обойти позиции ополченцев через посадки с юга и прорваться с грузом на блокпост. Проводка грузовиков была существенной важности задачей — на 32-м бп не было даже питьевой воды. Новое наступление назначили на 19 число.

Однако за это время ополченцы успели даже оборудовать местность в инженерном отношении — проще говоря, окопчиков нарыли и мин наставили. И даже, похоже, к этим минным заграждениям пристрелялись. Кроме того, в окрестностях 32-го БП находились свежие части, в частности, одну из позиций занимали люди из «Бэтмена». Бэтмены заочно показали айдаровцам, что те жалкие подражатели: их тачанкой были «Жигули-копейка» со знаком «водитель-инвалид» и СПГ-9 на крыше. Как бы то ни было, на сей раз вокруг БП-32 стояло больше людей с тяжелым оружием, а наиболее вероятные места прорыва были минированы.



Однако и накат на сей раз был очень мощным.

Первая группа ВСУ на семи БМП атаковала севернее «леса чудес». Для нее все прошло умеренно скверно. Одна из БМП, со смелой надписью «ПТН ПНХ», подорвалась на противотанковой мине, другую подбили из гранатомета, еще одна боевая машина пострадала не совсем типичным образом — ее вывело из строя прямое попадание минометной мины. В конечном счете, этот отряд понес ощутимые потери от огня минометов, вдобавок, их обработала собственная арта. Отряд отступил, унося аж 18 раненых. Убитых у них не было, что можно рассматривать как редкое везение. В укр-нете сообщается о тяжелых потерях ополченцев, но опять-таки, найти что-то в открытых источниках не удалось. Скажем прямо, вряд ли «власти скрывают», в этой атаке участвовали малоопытные солдаты, и скорее можно предположить, что они блестяще палили в молоко.

Центральная группа атаковала по все той же главной дороге. Идея в третий раз поехать там же, где шли первые два, не может быть названа здравой. Во-перых, бахмутка была уставлена техникой, подбитой ранее, так что эти остовы просто затрудняли проезд. К тому же, разумеется, теперь по трассе был насажен прелестный садик всяческих взрывных устройств. Разумеется, все прошло именно так, как должно было. Единственный танк атакующих подорвался на фугасе, а «Фаготом» у ополченцев владел не только покойный Трундаев. Легкой технике ВСУ устроили третье по счету избиение — бойцы Цвяха здраво рассудили, что раз что-то произошло дважды, это произойдет и в третий раз, и стянули к дороге все, что у них было противотанкового. В итоге на дороге осталось несколько БМП и БТР, танк, убитые и раненые. Exitus.

Однако под эту сурдинку к блокпосту прорвалась третья группа. Она была самой слабой численно, из брони она располагала только пятью БТР, и вдобавок, была отягощена грузовиками с водой, продовольствием и боеприпасами. Однако на сей раз украинцы действовали довольно творчески. Третья колонна сманеврировала южнее основного поля боя и выехала к блокпосту не с запада, а, собственно, с юга. Часть машин была повреждена, из простреленной водовозки медленно утекала вода, но факт есть факт — груз был доставлен.

Надо сказать, что при описании атаки этого отряда украинские авторы пускаются в эпику. Сожженный танк, уничтоженные ДЗОТы, огромные трофеи, горы трупов. На практике у ополчения за 19 октября вокруг 32 блокпоста известно по именам двое убитых (с учетом всех участков). Это Юрий Стеценко и Артем Шарапов, оба из поселков Луганской области, оба служили в разведвзводе «Хулигана». Стеценко был своего рода эталонным ополченцем — весной 2014 года он ушел на войну прямо из шахты. Собственно, и всё. Конечно, были раненые, но я честно пытался отыскать упоминания о других погибших — и без успеха. Осторожно предположу, что может быть, я просто не смог найти имена и фамилии других ополченцев, погибших в этих боях. Однако здесь можно только вопросить, почему эти двое известны, а больше — никто. Пока можно предположить вот что. ВСУ атаковали позиции, на которых их уже давно ждали, четко знали, где ожидать крупной атаки (и ведь не обманулись). Поэтому и потери у ополченцев в итоге оказались невелики. Прорвалась из всех — наиболее слабая группа, которой, судя по всему, оказали меньше всего сопротивления. В конечном итоге «террористы и найманцы» все же обычно знают, кто из них погиб, и если бы под 32-м блокпостом остались десятки ополченцев, на чем настаивает украинская сторона, это обсуждалось бы хотя бы неофициально. В общем, если кому-то известны имена других павших под бп № 32 19 октября (и не 19 тоже) — готов выслушать. Но в целом, пока что заявки украинских военных на блестящие боевые результаты выглядят как попытка подсластить пилюлю после тяжелейших потерь. Насчет уничтожения танка ополчения — не удалось найти ни одного фото, где этот танк горит или стоит подбитым, хотя в рядах ВСУ имелся как минимум один фотограф, снявший ополченский блиндаж, сами ополчи любят фотографироваться не только с чужой, но и со своей подбитой техникой, а журналистов на Бахмутке несколько дней спустя побывало много, так что этот танк, будь он правда подбит, пожалуй, уже отсняли бы в сорока ракурсах.

ВСУ потеряли за день 7 человек убитыми, 35 ранеными, из строя вышли 7 БМП/БТР из 18 участвовавших, единственный танк и два автомобиля. При этом, формальная задача дня была выполнена — машины с грузами приехали на 32-й блокпост. С другой — терять такую прорву людей и техники ради каждой проводки грузовика с водой было бы безумным расточительством даже по меркам ВСУ. Кстати, насколько можно судить, военные смогли не только проехать на блокпост, но и выехать с него — и их даже не обстреляли толком на обратном пути. Это к вопросу о тьмочисленных ратях у Цвяха — похоже, на то, чтобы поставить с юга хотя бы какой-то заслон, у него просто не было людей.

В стороне от трассы. Сокольники

Пока шли бои непосредственно перед Смелым, некоторые события происходили на северном фланге — в районе села Сокольники. Дело в том, что после занятия Смелого и Славяносербска между позициями сторон осталась обширная «серая зона» севернее. Северский Донец в этом месте делает изгиб — река течет почти строго с запада на восток, а у Славяносербска и Трехизбенки резко сворачивает на юг. Южнее Смелого ближайшей украинской позицией был, собственно, 32-й бп, а вот севернее «службовцы» уже после генерального штурма, 20 числа, окопались в Крымском, т.е., с севера на юг примерно на той же линии, что и 31-й бп. То есть, получался прямоугольник примерно 9х6 км, не занятый никем. Северную (длинную) и восточную стороны этого прямоугольника образовывали берега Донца, западную — позиции украинских войск, южную — Бахмутка. К северу, за Донцом, начинается довольно крупная полоса лесов, идущая аж до Лисичанска. В северо-западном углу этого прямоугольника находится село Сокольники (170 дворов и 327 жителей до войны, в настоящий момент — одна старушка и кот). Около Сокольников был небольшой мост через Донец, в настоящий момент он взорван.

В общем, Сокольники были тихим местом, такая сельская пастораль на берегах Донца. Война здесь началась 21 октября, когда «службовцы» устроили какой-то странный набег на село. По украинским данным, его вели части полицейского батальона «Луганск-1» и частей нацгвардии «Омега» и «Ягуар». В реляциях фигурирует эпическая баталия, в которой погибло более 40 ватников. В реальности ополченцев в селе не нашли, и ограничились прочесыванием. В Сокольниках украинские военные расстреляли двух гражданских лиц — пенсионерку Ирину Пащенко и шофера Сергея Вольвака. Причиной стало участие этих людей в организации референдума в мае 2014 года.

Интересно, что украинские официальные лица признали факт именно убийства. Правда, губернатор Г. Москаль заявил, что это сделали переодетые украинскими солдатами ополченцы. Проблема в том, что одновременно украинские силовики с гордостью сообщили, что в день убийства проводили в Сокольниках зачистку. Военный смысл этого великого похода был строго нулевым, сражаться было не с кем, никакой попытки закрепиться там ВСУ не сделали, так что вскоре туда вошли уже ополченцы. Вообще, когда и кто конкретно все-таки занял Сокольники, я не знаю, и буду благодарен, если кто-то что-то на эту тему сообщит. Несколько дней спустя, 29 октября ВСУ (на сей раз десантники) повторили набег (может быть, как раз и попытались уже занять село прочно), но теперь их ждали. Завязался бой, в селе из противотанковых гранатометов сожгли два из въехавших туда БТР. Оператор-наводчик одной из машин, Евгений Геш, до сих пор числится пропавшим без вести, что в конкретных условиях смело можно читать как «тело полностью сгорело». Еще несколько солдат были ранены, и «службовцы» отступили. Отряд ополченцев в Сокольниках был маленьким, и собственно, неясно, имелся ли вообще на тот момент в селе постоянный гарнизон. Но после боя ВСУ окончательно уверились, что в селе невероятные орды «колорадов», и посвятили конец октября и начало ноября беспорядочным обстрелам из всех видов оружия, по итогам которых Сокольники стали непригодными для жизни. Население спешно покинуло село, частично людей вывезли ополченцы, кто-то уехал сам. Найти упоминания о погибших в ходе этой экзекуции ополченцах мне не удалось, вероятно, по причине их отсутствия — первый погибший в Сокольниках ополченец, Роман Сабадуха, был убит 6 ноября. К этому моменту село уже несколько дней как прекратило существование. Линия фронта стабилизировалась. В настоящий момент руины Сокольников остаются передовым опорным пунктом ополчения в этом секторе.

После бала. Сдача 32-го блокпоста и последствия

После массового заклания 19 числа высокие стороны некоторое время не вели активных боев. Полковник Миронюк строил планы один другого краше и интереснее, включая гениальную идею снабжать БП-32 с вертолетов. Тем временем, как водится, мифология зажила своей жизнью, появились вездесущие «поляки-наемники», численность окруженных непрерывно «росла», быстро докрутившись до «батальона». С другой стороны, конечно же, «выяснилось», что террористы и найманцы собрали огромные силы (чеченцы, сербы, вербы, псковский десант!), но окружения как такового нет, и грузы возят исправно. Вероятно, через несколько недель украинские официальные лица уже начали бы сообщать, что на 32 бп испытывают проблемы с ожирением, а ополченцы обнаружили бы в котле армейский корпус.

Между тем, перестрелки вокруг 32-го продолжали происходить. 26 числа в окрестностях 32-го бп погиб командир роты украинского 140-го ЦССО Дан Колесник. В описаниях события море лирики, понять, что точно произошло, трудно, но в общем, погиб. «Бэтмены» и «хулиганы», дабы разогнать сплин, ежедневно постреливали по блокпосту из АГСов и прочего оружия. Кстати, не совсем без успеха — за время осады на самом блокпосту был убит, похоже, только один солдат, но как минимум два БТР обстрелы довели до небоеспособного состояния. На блокпосту жили в скверных условиях, экономили воду, в общем, осада сказывалась на боевом духе нацгвардейцев не самым приятным образом. Гарнизон блокпоста «сражался» скорее с бытовыми условиями, но это не самое простое занятие. Тем более, солдаты страдали от обезвоживания.

27 числа окруженцы договорились с Цвяхом о вывозе тел убитых. К этому моменту в посадках вокруг Бахмутки лежало более десятка украинских солдат. Процедура прошла благополучно, трупы собрали. Интересно, что четверых солдат, возивших тела на 31-й блокпост, пропустили и туда, и обратно. На украинской стороне все это подавали с чрезвычайным пафосом, но реальность состоит в том, что это был жест доброй воли со стороны ополчения, а не какой-то невероятный успех противника.



В конце концов, Цвях и Кудрин вышли на связь с 32-м блокпостом и предложили просто уходить. Цвях не скупился на обещания и утверждал, что в окрестностях 32 бп тысяча ополченцев с «Градами», которые они в случае чего применят. Проверить сообщения про «Грады» на блокпосту не могли, но понимали, что серьезный штурм кончится для них скверно. Тем более, что Бахмутка по-прежнему была уставлена остовами техники спасителей, и это, надо думать, тоже на боевой дух действовало. В конце концов, на посту «коллегиально» решились на почетную капитуляцию. По украинским данным, это отступление все-таки было согласовано с п-ком Миронюком, который, надо полагать, был рад такому завершению противостояния не меньше Цвяха и его команды. Некий службовец вышел к ополченцам с белым мешком в качестве флага — и блокпост 32 капитулировал. Цвях лично сопровождал окруженцев, гарантируя безопасность. Один украинский офицер находился с ополченцами в качестве встречной гарантии.

Окруженцам разрешили уходить с оружием. 28 октября они покинули свои позиции и отправились по Бахмутке на 31-й пост. На позициях было брошено по крайней мере два поврежденных бронетранспортера. Блокпост перешел под контроль ополчения.

Занятно, что вышедшие с блокпоста «службовцы» бранили скорее собственных командиров, чем ополченцев. «В конечном итоге, они оказались более люди слова, чем многие из наших генералов», — сказал на следующий день один из них, выносивший трупы с Бахмутки.





В целом, украинским вооруженным силам сражение на Бахмутке стоило примерно 30 человек убитыми и пленными. Было потеряно очень много техники для такой небольшой операции — 3 танка, 9 бронетранспортеров (с учетом боя за Сокольники), 7 БМП и несколько разных автомобилей. Со стороны ополчения достоверно известно о 6 погибших.

После этого линия фронта устоялась, и в окрестностях Славяносербска началась обычная для этой войны «первая мировая» с четкой и редко меняющейся линией фронта. Некоторые передовые позиции октября 2014 года остаются таковыми и в наши дни. Позднее окрестности 32-го блокпоста стали исходными позициями зимней кампании 2015 года.



Война продолжалась. В 2017 году погиб Цвях, Кудрин покинул Донбасс, и сейчас живет в России. Пленные, насколько известно, были выменяны в течение нескольких месяцев. Для ополчения 32-й блокпост стал яркой тактической победой — без участия регулярных подразделений РА был достигнут заметный успех. Отряды, сражавшиеся на Бахмутке, малоизвестны по сравнению со знакомыми всякому, кто следил за событиями в Донбассе «Спартой» или «Призраком», но они показали, что могут сражаться и храбро, и успешно.

Евгений Норин"

(c) https://vk.com/@terrikony_donbassa-stalnye-mogily-32-i-blokpost-na-bahmutke-oktyabr-2014
Tags: 2014, Славяносербский район
Subscribe

  • 05.03.2021

    Итоги. "За прошедшие сутки, 5 марта, в районе проведения операции Объединенных сил было зафиксировано 7 нарушений режима прекращения огня в районе…

  • 04-05.03.2021.

    ОБСЕ: "04.03.2021 2 зенитный ракетный комплекс (9К33 «Оса») на территории объекта в н.п. Калиново (35 км к северу от Донецка). 1 зенитный ракетный…

  • Донецк, 06.03.2021.

    Стреляют:

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment